Политолог Андрей Суздальцев: Украина для Запада - инструмент, которым пользуются по необходимости
08 октября 2019

ТЕЛЕЦЕНТР, 8 октября – Ольга Кубанцева – В беседе с Информационным агентством "ТелецентрЪ" российский политолог, замдекана факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Андрей Суздальцев рассказал о том, как Украина понимает формулу Штайнмаера и чего ждать дальше в российско-украинских взаимоотношениях.

- Что такое формула Штайнмайера? Что сделать, чтобы она была реализована?

- Вы знаете, формула Штайнмайера очень простая. Она создавалась в рамках Минских соглашений для того, чтобы решить вопрос главный – о выборах. Что она включает? Четыре позиции. Первая, понятно, прекращение огня. Вторая позиция – развод войск. Эта миссия входила как раз в первые два пункта Минских соглашений. Третий пункт – это, конечно амнистия, как можно проводить выборы, когда есть люди, которые в чем-то обвиняются? И четвертый пункт – сами выборы. И только по итогам выборов будет принято решение о статусе этого региона. Что разумно. Если люди проголосуют, что они хотят жить в составе России, в составе Украины, то есть какой-то заказ властям. Но Украина такую формулу не подписывала. Она послала письмо на имя председателя группы, которая работает в Минске, чтобы подтвердить, что она готова по этой формуле работать и следовать ей.

В любом случае Украина подписала письмо на имя представителя ОБСЕ в Минске. Она подтвердила, что готова по этой формуле действовать и даже появились даты. Говорят, что летом или к осени следующего года Украина собирается на Донбассе провести выборы, опять-таки, не разговаривая с местными властями.

- К чему это может привести?

- Формально будет снята основная преграда для проведения саммита Нормандской четверки, долгожданного, прежде всего, для Украины, а не для нас. Скорее всего, в октябре-ноябре саммит может состояться. Получается, что эти интерпретации позволяют считать, что главная задача Зеленского не в этой формуле Штайнмайера, а, скорее всего, в том, чтобы посадить за стол переговоров Путина.

Напоминаю, в Кремле видят отличие политики Зеленского от политики Порошенко в том, что Порошенко вел дело к изоляции России, он призывал все время к санкциям, он призывал с Россией не связываться. Держать ее изгоем. И обратите внимание, он мечтает о том, чтобы вот эта четверка нормандская была усилена США, то есть, устроить суд, посадить там Путина и устроить над ним судилище.

- Националисты уверяют, что "формула Штайнмайера" – это капитуляция. Не кажется ли вам, что они правы? Зачем столько жертв?

- Думать, что это компромисс? Нет. Обращаю ваше внимание, опять же, на заявление президента Зеленского. Он говорит: "Единая Украина, как и единая территория". То есть, выборы – право украинского законодательства. Если выборы признает ОБСЕ, подтверждают, что они были честные, то тогда мы принимаем какой-то закон об этом регионе, не более того. Но, вы поймите самое главное, выборы, я считаю, должны проводиться в том формате, чтобы украинские войска были на российско-украинской границе.

- Чем продиктованы заявления Киева, заявляющего сначала одно, потом опровергающего свои же заявления?

- Киев ждет того, что Россия капитулирует. Они видят решение этой проблемы только в смене тактики, как нас обмануть и как использовать давление Запада, США, ЕС, санкций, чтобы добиться этой цели. Они подбирают к нам ключи, не больше того. Вы видите, интерпретаций огромное количество. Подписываются одни документы, интерпретируются по-другому. Нам это знакомо уже с Минских соглашений, ничего кардинально нового не изменилось, цель остается прежняя. Они не скрывают: Крым, Донбасс – части Украины, а потом будем разбираться, как они говорят, кто с кем там был тогда, в тот период. Вот в чем дело. Поэтому они на самом деле ищут возможности как-то вот сбить Россию с позиций, сбить с позиций ДНР и ЛНР, правительство местное и добиться своего. Но, желательно, конечно, это чисто по-украински, чужими руками.

- Для чего Зеленскому потребовалось оптимизировалось Минский процесс, как это сказалось на последних переговорах в США?

- Для США Украина – это инструмент давления на Россию, которую можно взять и отложить. Наши начинают кричать сразу, что в Украине разочаровались, Запад в Украине разочаровался? Нет. Это просто инструмент, которым пользуются периодически, когда это необходимо.

- Насколько серьезно Германия и Франция восприняли слова Зеленского в разговоре с Трампом, где он нелестно отзывается о европейских политиках? Стало ли это оскорблением для Меркель и Макрона?

- Никогда в текущую политику Украины Франция не вмешивалась. Германия в первые годы активно участвовала в этих процессах и выстраивала отношения. Вы помните, что Германия, Франция вошли в Нормандскую четверку. Они хотели, что называется, усилить свои позиции в отношении России. И когда мы говорим "Украина", мы говорим "Россия". А Зеленский хотел большего участия Франции, Германии. Но они немножко лучше понимают ситуацию с Москвой, чем Вашингтон. И на каком-то этапе они отошли в сторонку, предложив, Трампу самому заниматься этой ситуацией. Тут же у нас есть еще отношения США и ЕС. Отношения США и Германии. Конечно, здесь Зеленский подпевает Трампу, который постоянно обижается на Берлин и Париж.