Критическая масса политкорректных ограничителей
29 мая 2020

Сразу оговорюсь. Я не являюсь профессиональным американистом. И не претендую на некое новое научное осмысление ситуации в США. Но жизненный опыт, а в этой стране я прожил и проработал 3,5 года, позволяет сделать некоторые важные наблюдения. Тем более что, находясь там, старался анализировать тамошние явления, внимательно наблюдать за ними, чтобы не следовать расхожим клише.

Именно поэтому не могу согласиться с общим пафосом освещения у нас нынешней ситуации в Миннеаполисе. Такие всплески (массовые выступления после эксцессов с применением силы полицейскими) для этой страны не новость. Но было бы крайним упрощенчеством рассматривать эту историю исключительно как расовый конфликт в Америке. И ожидать, что через такие противостояния страна распадется подобно СССР.

Начнем с того, что линия противостояния в таких конфликтах не лежит столь однозначно в соответствии с цветом кожи основных фигурантов. Здесь всё сложнее. Например, левые университетские интеллектуалы (по преимуществу белые) могут вполне негативно оценивать роль полицейских и оправдывать чернокожих, даже если те виновны в определенных эксцессах. Их отношение к полиции в целом намного хуже, чем даже у парней из неблагополучных черных кварталов типа Анакостии в Вашингтоне, Crack Сity в Камдене или Южного Централа в Лос-Анджелесе. Те могут рассматривать труд копа, как вполне себе достойный социальный лифт. И нередки ситуации, когда черные копы жестче действуют по отношению к своим собратьям.

Я такой случай сам лично в 2011 году наблюдал в районе Columbia Heights в американской столице, где черный коп задерживал черного же воришку-карманника. К слову сказать. успешных черных ребят, кто вырвался из городских трущоб (особенно университетских "ботанов") тамошние зовут our white brother-sister-cousin.

При этом в негритянской среде общеамериканский патриотизм весьма укоренен. На 4 июля даже среди чернокожих бомжей можно встретить ребят с американским звездно-полосатым флагом. Черных полно в спорте, в армии, на госслужбе, каковой считаются и почта, и public schools, и всякие там motor/vehicle administrations, аналоги наших ГИБДД.

C другой стороны, на митингах в защиту попранных прав чернокожих можно встретить и немало белых. Они есть среди адвокатов, защищающих пострадавших от действий полиции и прочее. И белый-черный – это сегодня не только и даже не столько идентификатор расы, сколько социального статуса. В США же социальная дистанция между людьми (не санитарная, а именно социальная, как понимал ее первооткрыватель этой дефиниции Георг Зиммель) очень и очень велика. Есть работа, ты в шоколаде, нет, потеряешь ее и познаешь круги ада.

Такую перегородку пройти там много легче, чем в странах ЕС. Практическое отсутствие социального государства (что показала и пандемия коронавируса в 2020 году) плюс ношение оружия, воспринимаемое как одна из ключевых гражданских свобод. Для многих сама дискуссия о том, чтобы отказаться от самовооружения граждан воспринимается как покушение на американскую идентичность. И получается в итоге непростой коктейль проблем социальных, расовых, экономических и политических. И действительно свободной дискуссии, которая ставила бы острые проблемы, нет. Масса политкорректных ограничителей.

Но в любом случае проблема имеет много слоев. И хорошо бы их понимать. Увы, но мне порой кажется, что даже в высшей степени идеологизированные советские мастера эфира и пера типа Валентина Зорина или Юрия Жукова понимали и передавали американские реалии намного ближе к тексту и контексту, чем нынешние. Идеологизированные куда меньше, но циничные куда как больше. Старые бойцы хотя бы прилично матчасть знали, слышали, откуда звон, и знали, где он.

Источник – публикация на странице автора в фейсбук.