Генерал Бужинский: Любой договор об ограничении вооружений - это договор равных
22 марта 2020

ТЕЛЕЦЕНТРЪ, 22 марта – Алексей Бодров – В беседе с Информационным агентством "ТелецентрЪ" генерал-лейтенант запаса, кандидат военных наук Евгений Бужинский рассказал о планах США по развертыванию новых противоракетных систем и перспективных договорах об ограничении вооружений.

– Не так давно американцы заявили о том, что они будут развертывать новую противоракетную систему, включая космические элементы. Это новая гонка вооружений?

– Они уже давно занялись этим делом. Сразу после выхода из договора по ПРО. То есть, фактически, уже на протяжении почти 20 лет американцы разворачивают свою глобальную систему ПРО с различными региональными сегментами: Европа, Ближний Восток, Азиатско-Тихоокеанский регион. Сейчас речь идет о новом поколении перехватчиков. Они продолжают испытывать ракету "Стандарт", блок "Стандарт-3", блок "2-Б", который обладает потенциалом перехвата уже баллистических ракет. Пока что она еще не доведена до ума, но американцы над ней работают. Работают над следующим поколением перехватчиков шахтного базирования, которые идут на смену ракетам GBI (Ground Based Interceptor). Что касается космического эшелона, то пока речь идет о космическом эшелоне обнаружения, но создание ударных средств космического базирования тоже не исключается.

– Сейчас наш ответ – это комплекс "Авангард". Насколько это серьезная вещь, которая может взломать американскую оборону?

– Все те новые системы, которые два года назад наш президент упомянул в своем обращении к Федеральному Собранию, это наш ответ на развертывание американской системы противоракетной обороны. Речь идет, прежде всего, об "Авангарде", "Кинжале". Это гиперзвуковое оружие. Естественно, никаких пока нет средств, которые могли бы им противостоять. Хотя американцы заявляют, что будут работать над средствами перехвата гиперзвуковых планирующих блоков. Но я думаю, что это дело будущего. Пока что никто не способен перехватить планирующий блок, летящий со скоростью 10-20 махов.

– Можно с уверенностью сказать, что та противоракетная оборона, в которую американцы вкладывают миллиарды долларов, перед "Авангардом" бессильна?

– Бессильна. Но она не только перед "Авангардом" бессильна. Бессильна и перед "Сарматом", например, это тяжелая ракета, которая идет на смену "Воеводе". Это не гиперзвуковое оружие, хотя тот же "Авангард" может устанавливаться на ракету "Сармат" в качестве головной части. И еще, если говорить о северном направлении, то у американцев на Аляске развернута какая-никакая оборона, они планируют сто противоракетных перехватчиков. А на юге ничего нет.

– В конце года заканчивается срок действия договора СНВ-3. Американцы готовы выйти и из него?

– Это последний договор, с точки зрения обеспечения стратегической стабильности. Исторически считалось, что есть три основы у стратегической стабильности, это договор по ПРО, из которого американцы вышли; договор РСМД, из которого американцы вышли, и последний договор СНВ. Окончание его действия – 5 февраля следующего года. Времени для его продления осталось не так уж много. Я лично придерживаюсь мнения, что они из него выйдут, потому что те предварительные условия, которые озвучил Трамп, это привлечение Китая и учет наших новых вооружений. Они не реализуемы в рамках старого договора.

"Сармат", когда он будет принят на вооружение, естественно, будет учитываться, так же, как и "Авангард", как его возможная головная часть. "Кинжал" обсуждать можно, но вряд ли он будет учитываться. По всем остальным нет прецедентов, чтобы в любом договоре по ограничению вооружения учитывались средства, еще не принятые на вооружение.

Если они хотят, например, наложить какие-то ограничения на наш "Посейдон", они должны предложить, что-то взамен. Невозможно, чтобы одна сторона что-то ограничивала, а другая сторона просто на это смотрела.

– Если выход все-таки произойдет, последствия какие будут?

– Последствие – период стратегической неопределенности. Понимаете, тут очень много составляющих. И мы, и в большей степени американцы настолько привыкли к этой транспарентности – обмену информацией, инспекциям на местах, что, когда этого всего не станет, то, естественно, какая-то гонка вооружений начнется. Она вряд ли будет количественной, как в 1960-е годы.

Всё равно американцы поймут, что нужно. Китаю без Индии – для Китая не интересно. Индии без Пакистана. Пакистану без Израиля. То есть, нужен глобальный договор. А глобальный договор, с моей точки зрения, вряд ли реален, потому что слишком несопоставимы потенциалы. Все-таки любой договор в области контроля над вооружением это договор равных. Это договор паритетов.